Алла Дружинович, РИА Новости Крым
Такая разная, но всегда незабываемо женственная, музыкальная, яркая, - бойкая Леночка Крылова в "Карнавальной ночи" и Тая Соломина в "Сибириаде", самоотверженная и битая жизнью Вера в "Вокзале для двоих" и до боли узнаваемая "эзотеричка" Раиса Захаровна в "Любовь и голуби"...
Ролей десятки, и каких! Она пробовала себя и в качестве эстрадной певицы, композитора, продюсера, режиссера, сценариста. Но если бы не ее мемуары, в которых она навсегда оживила тех, кого любила, мало кто знал бы о том, как тяжко ей приходилось и как непросто складывалась ее судьба.
Она ушла из жизни десять лет назад, но постоянно ловишь себя на ощущении, что она продолжает жить - настолько яркий след оставлен - в фильмах, книгах, музыке, и главное, в народной памяти. Сегодня Людмиле Марковне Гурченко исполнилось бы 85 лет.
Доча Марка-котика и Лели-НКВД
Не смотря на украинское окончание фамилии, она была русская, отец - Марк Гаврилович Гурченков при очередной смене документов "потерял" букву. Но жили в полуукранском Харькове, где "гэкать" и вообще говорить на суржике было обычным делом. Отец происходил и деревенской семьи, "выбился в люди", мать - из дворянского рода Симоновых. Леля была моложе мужа на 20 лет. Люся Гурченко родилась в счастливой и любящей семье в 1935 году - до войны ей было отмеряно всего пять лет детства. Отец обожал дочку, баловал, называл "моя клюкувка, моя богинька!".
Мать говорила: Марк, котик, не балуй ребенка! Отец отвечал: Ну что за мать у тебя, Люся - чистое НКВД! Именно его обожание, вера в талант дочки были для Люси всю жизнь, даже когда его не стало в 1973 году, тем источником жизненной энергии, которые ничем заменить нельзя.
Она только родилась, а он уже провозглашал "Будет артисткою! У в обязательно порядку!" Его говор, фразочки, весь его яркий характер Людмила Марковна запечатлела в нескольких книгах воспоминаний. Они стали не менее популярны, чем ее роли...Война стала испытанием, опытом и дала уверенность - если уж я пережила оккупацию... И всю войну была музыка, которая помогала жить и выжить. И мечта - "стать артисткою" - не гасла и в войну.
От карнавала до опалы
И вот шестидесятые. Девушка с тяжеленным аккордеоном, уверенная в своих силах и неотразимости - в Москве. Поступление с первой попытки. И вскоре - первая роль - "Карнавальная ночь" Эльдара Рязанова. Смешной обаятельный фильм, на много лет - до самой "Иронии судьбы" ставший в огромной стране главной новогодней картиной.
Популярность разорвалась, как бомба, ей не давали проходу, отец был горд и счастлив. В родном Харькове, где картина шла в кинотеартрах, он с гордостью раздавал автографы : "отец артистки"... Мать, стыдясь его искренних порывов, переходила на другую сторону улицы.Но после вертикального взлета славы начался упадок и лучшие годы - рассвета сил, молодости и красоты - Гурченко не снимали. После того, как она отказалась сотрудничать с органами госбезопасности на Фестивале молодежи и студентов. И после разгрома в прессе за эстрадные концерты, на которых она пела.
Красный директор
После огромного перерыва и новой порции жестоких ударов судьбы она снова снимается - фильм "Старые стены" о ткацкой фабрике, и она - директор. Эта картина почти забыта. Но то, как она сделала эту роль - словно предтеча всенародно любимого "Москва слезам не верит" и Кати Веры Алентовой, выбившейся в директора и не потерявший ни женственности, ни человечности, и также ищущей любовь и боящейся ее.
После этого роли пошли валом. Но как только судьба, казалось бы, снова подняла ее на гребень волны, новый удар - тяжелая травма на съемках...
"Мама" - коза на костылях
Все видели яркую музыкальную сказку по мотивам "Волка и семерых козлят", где Гурченко играет маму-козу, Михаил Боярский - волка, популярнейший на то время клоун Олег Попов - медведя... Советско-румынский фильм, разноцветное воспоминание из детства миллионов советских людей. И очень мало кто знает, как далась ей эта роль.
На съемках эпизода на льду грузный Олег Попов упал ей на ногу, многооскольчатый сложный перелом на полтора года уложил актрису на больничную койку. Но режиссер не хотел менять ее, группа ждала, и она встала. Хотя доктора опасались, что ходить актриса больше не сможет. Она ломала эту ногу потом еще дважды...
Финал "Любимой женщины механика Гаврилова"
Она дружила с Высоцким, была женой Иосифа Кобзона, Марк Бернес был ей поддержкой и настоящим товарищем... Но личное счастье не складывалось, ее предавали, предавали мужья. А вот друзья оставались до конца, до самой смерти.
И в каждой роли она доказывала - можно оставаться женственной в любой профессии. Красивой, милой, при этом - несгибаемо верной и доброй. Ее обожали, ей подражали, с нее "снимали фасоны".
"Сибириада", "Двадцать лет без войны", "Пять вечеров"... Гран-при Каннского фестиваля... В ней не видели серьезную драматическую актрису, но она доказала, что может сыграть не только веселье и кураж.
Она всегда билась за правдивость роли, "вставляла свои пять копеек", некотортоые режиссеры этого очень не любили.
