Кого способен напугать антирейдерский закон?

Выбранный руководством Украины курс на евроинтеграцию должен быть подкреплен инвестиционной привлекательностью страны. Однако только в августе в межведомственную комиссию по вопросам защиты прав инвесторов, противодействия незаконному поглощению и захвату предприятий поступило около 70 заявлений. Понесенные инвесторами убытки суммарно составляют около 1 млрд. грн. (минимальная сумма — 500 тыс. грн., максимальная — 300 млн. грн.). Для правового государства этот показатель более чем пугающий.
Это премьер-министр Украины Николай Азаров назвал «отдельными фактами нахальных рейдерских захватов». Но уже завтра Украина должна стать страной, в которой даже подумать отобрать чужую собственность будет невозможно. «Посягать на чужую собственность должно быть так же опасно, как прыгать без парашюта», — резюмировал он.
Что ж, курс правильный. Хотя пока его выбирали, смысл слова «рейдер» стал хорошо известен всем: от мала до велика. В отечественную реальность термин пришел из США и означает поглощение предприятия против воли его собственников или руководителя. По сути, рейдерство — это банальное завладение чужим имуществом. В том числе с помощью шантажа: рейдер скупает незначительный пакет акций компании и создает помехи для нормальной работы в расчете на то, что их выкупят по завышенной цене.
На Западе рейдерство в основном «белое», сводящееся к корпоративному шантажу. У нас — «серое» и «черное»: с нарушением гражданско-правовых норм и даже уголовного законодательства, с подделкой документов, коррупцией в судах и силовых структурах. По словам одного из руководителей юридической компании «Алексеев, Боярчуков и партнеры» Сергея Алексеева, структура украинского рейдерства выглядит примерно так: первая фигура — заказчик, в роли которого практически всегда выступает крупный бизнесмен, зачастую нардеп. На него работают рейдер-менеджеры — люди, которые постоянно мониторят рынок в поисках уязвимых предприятий. Найдя их, менеджеры просчитывают необходимые затраты для рейдерского захвата и потенциальную прибыль в случае успеха. Если заказчик согласовывает бизнес-план, то в дело вступает третье звено рейдерской команды — юристы. Они бывают «черными» и «серыми». Первые идут на откровенный криминал. Вторые действуют так, что привлечь их к ответственности очень сложно. Они договариваются с судами, госучреждениями и так строят схемы, что сложно понять, кто конкретно стоит за тем или иным документом. И на последнем этапе идет физический захват с применением грубой силы.
В Украине рейдерством не брезгуют даже крупные финансово-промышленные группы. Но в последнее время оно приобрело такие масштабы, что стало угрозой для страны. Поэтому даже близость рейдеров к властным структурам не помешала внесению в октябре нынешнего года изменений в законодательство в части противодействия противоправному поглощению и захвату предприятий.
Хотя слова «рейдерство» в законе нет, но уголовная ответственность за подобные действия появилась. Депутаты дополнили Уголовный кодекс тремя новыми статьями: за внесение неправдивых ведомостей в документы грозит до 2-х лет лишения свободы, повторно — до 5 лет. Кроме этого, при отягчающих обстоятельствах, например, причинении тяжких телесных повреждений или крупных убытках на сумму свыше 8,5 тыс. грн., предусматривается заключение на срок от 5 до 10 лет. Отягчающие обстоятельства при захвате с применением насилия или с участием сотрудников охранных структур чреваты лишением свободы на срок от 5 до 10 лет.
Новый закон вступит в силу через 3 месяца после обнародования. До этого момента действия лиц, участвующих в рейдерских захватах, квалифицировали как разбой или хулиганство. Однако, как считает симферопольский адвокат Кирилл Белошицкий, в силу того, что в закон не введен сам термин «рейдерство» и нет единого документа, где было бы четко указано, что является рейдерством, а что нет, новые статьи вряд ли будут иметь серьезное практическое применение. Это, скорее, попытка систематизировать часто встречающееся явление. Из-за отсутствия термина «рейдерство» обвинить в нем достаточно проблематично, а привлечь к ответственности и того сложнее.
Аналогичной точки зрения придерживается и Сергей Алексеев, по словам которого пакета законов о борьбе с рейдерством явно недостаточно. «Решить проблему, в принципе, можно так, как это сделали в России: путем жесткой госпрограммы по борьбе с рейдерством, привлечения виновных к уголовной ответственности, зачастую даже переступая через букву закона. Но в современной Украине такой вариант едва ли возможен».
А поскольку в стране все еще много соблазнительных для рейдеров объектов, напрашивается вывод, что неспроста депутаты утвердили половинчатый закон.