1 «На качестве черноморской воды это никак не отразится».
Нефтепродукты после крушения двух танкеров вынесло на берег на несколько десятков километров от поселка Веселовка до станицы Благовещенской в Анапе. Оба судна в районе Керченского пролива потеряли порядка полутора тысяч тонн мазута каждый, то есть около трети всего перевозимого топлива.
Мазут для биосферы в данный момент не представляет серьезной угрозы, как химическое вещество. Он вязкий, он инертный. Большая часть в холодной воде остается на дне, а другая, которая успела всплыть при разрушении танкера, выносится штормами на береговую зону. Наше спасение заключается в том, что мазут очень быстро закировывается (становится полутвердным веществом), сносится штормовым ветром обратно в море, образуются комки со скопившейся живностью, которая так или иначе топит это все в течение месяца-двух.На самой глубине Черного моря находится такая «сероводородная ванна», которая поглощает любые загрязнители и полностью их нейтрализует.
Четыре тысячи тонн для Черного моря это очень немного. Там выходы естественных нефтепродуктов десятками тысяч тонн в сутки. Что касается качества воды — это не отразится никак.
А вот отсутствие системы ликвидации аварийных разливов нефтепродуктов — большая проблема. У нас есть требования к деятельности перевалки нефти и газа и такого рода судов. Есть постановление законодательства правительства Российской Федерации, планы по ликвидации и предупреждению разливов нефти и нефтепродуктов. На них деньги выделяются, они согласовываются. Согласно им, там должны быть службы типа СПАС, с уже готовыми катерами и тп. И возникает вопрос — причем здесь волонтеры-добровольцы?
— заявил кандидат геолого-минералогических наук, эксперт в области экологического права Сергей Якуцени.
