Журналист Алексей Стефанов поделился своим видением истории с русским языком и латвийским режиссером с русскими корнями Сандийсом Семеновсом
Стефанов рассказал, что раньше Семеновс был журналистом и в 90-х они часто пересекались как коллеги, поскольку оба были криминальными репортёрами. Семенов — в латышской газете, а Стефанов — в русской.
"Был нормальным парнем, прекрасно говорил на русском языке. И это никогда не было для него проблемой. Тем более, что русская фамилия к нему прилепилась не просто так — отец у него русский. Так бывает у латышей. Правда, сам он называл себя Валдис, а в семье его звали Валдинь, как рассказывал после смерти отца сам Сандийс. Возможно, стеснялся своего происхождения ещё Семенов-старший, а иначе звали бы его дома Володья/Volodja.
Самого Сандийса я почти забыл с тех криминальных лет, но некоторое время назад обнаружил, что человек со знакомым мне именем и фамилией стал называться режиссером и начал активно раздавать интервью. В том числе, конечно, на русском. Хотелось же стать известным, а куда в таком случае без русского? Да и фамилия, собственно, обязывает. Вот он на Латвийском государственном телевидении даёт интервью про свой документальный фильм. И его не смущает, что говорит он на русском, а сам фильм снял про советскую певицу. Да ещё ведущий государственного телевидения подливает масла в огонь, говорит о ностальгии по советским певцам. Сейчас бы за такое сразу на костер. А Семеновс ничего, съел и не подавился. А ведь был уже и Крым, где он сам был накануне референдума и все такое прочее".
Поэтому Стефанов отмечает, что история с русским языком и больницей его удивила.
"Режиссер, которого называют в Латвии известным, что делает? Стучит в центр госязыка, прочим нацистам при власти, что в больнице медперсонал смеет говорить с людьми в критической ситуации на их родном языке. Вот что, оказывается, заботит "известного" (вы о таком вообще слышали?) латышского режиссера.
Более того, он возмутился тем, что латыши слишком терпимо относятся к людям, говорящим на других языках. Ты фамилию свою в паспорте видел, латыш? Или отца тоже теперь вычеркнул из памяти?
А ещё обратили внимание на его фразу: "в государственной больнице, где операции оплачиваются за счет денег налогоплательщиков". Господи, Сандийс, ты же вроде не тупой хуторянин. Расскажите ему уже кто-нибудь, что эти люди, с которыми говорили на их родном языке, не туристы, а такие же, как этот горе-режиссеришка, налогоплательщики.
А посмотрите, какой чудесный диплом из рук вдовы русского издателя Гурова, названного его именем, Сандийс получил. Название-то какое?! "За человечный подход в освещении вопросов этнических разногласий". Как человечно он размазал медперсонал и пациентов больницы. Нигде не ёкнуло?
И вот это цвет нации. Хотя какой цвет, такая и страна. Ничего удивительного".
