Прогуливаясь улочками городов и поселков крымского южнобережья, на домах замечаешь таблички с названиями улиц, носящими имена партизан и подпольщиков – Вергасова, Кривошты, Крапивного и множества других. Эти имена навсегда останутся в памяти не только историков, но и всех благодарных за освобождение полуострова от фашистов крымчан.
О некоторых из тех, кто принял непосредственное участие в борьбе с врагом на Южном берегу Крыма – в материале РИА Новости Крым, приуроченном к Дню памяти и славы крымских партизан и подпольщиков.
Увел бойцов в лес
Ялтинский партизанский отряд создавали тогда, когда Красная армия отчаянно пыталась спасти Крым от наступления сил генерала Эриха фон Манштейна, то есть в конце октября 1941 года. В отряд входили как кадровые военные, так и добровольцы. В лес партизаны прибыли к 1 ноября 1941 года, когда в Крыму уже держался только Севастополь.Одним из тех, кто с первых дней оккупации Крыма ушел в партизаны, стал коренной крымчанин Иван Крапивный.
Иван Крапивный. Из фондов Госархива Республики Крым
Он в 1911 году родился в селе, которое сейчас вошло в состав сильно разросшегося Симферополя, в семье крестьянина, юношей окончил не только Симферопольский автотранспортный техникум, но и спецшколу пограничников. На момент начала Великой Отечественной Крапивный в звании лейтенанта служил начальником охраны Симферопольской радиотрансляционной станции. При наступлении немцев на крымскую столицу он подорвал оборудование столь важного узла связи и увел 20 своих подчиненных в лес к партизанам.
Командир 3-го Симферопольского партизанского отряда Макаров в книге "В двух схватках" пишет:
"На проторенной лесной дороге вблизи партизанской заставы, возглавляемой пограничником Парамоновым, мы увидели группу вооруженных людей в черных шинелях и барашковых шапках. С ними был наш партизан Кособродов по прозвищу "Лесной волк". Заметив нас, он отделился от группы и, подойдя, доложил: "Прибыла охрана радиостанции имени Фрунзе. Возглавляет ее Крапивный. Он разыскивает нас, имеет намерение с группой остаться в лесу".
В горах встретил Любовь
Благодаря знаниям, полученным в разведшколе, и управленческому опыту, Крапивный стал командиром боевой группы Алуштинского отряда и сразу же получил задание приступить к базированию нескольких продовольственных баз.За время оккупации Крыма Крапивный прошел путь от начальника штаба до командира 10-го Ялтинского партизанского отряда - одного из самых крупных партизанских отрядов в Крыму. Его он возглавил в 1943 году и руководил им вплоть до освобождения Ялты. Особая роль Ялтинскому партизанскому отряду выпала во время освободительного наступления Красной армии в 1944 году.
Так сложилось, что в горах над Ялтой, в холодном и голодном лесу он встретил свою Любовь, которая стала его спутницей жизни.
После войны командир Крапивный был демобилизован в звании капитана, поселился в Алуште, стал отцом троих детей, работал начальником охраны Крымского Государственного заповедника – то есть его рабочее место было там, где в лихолетье партизаны прятались от фашистов и откуда наносили меткие удары по врагу.
Встреча партизан после войны. Крайний слева - Михаил Македонский, крайний справа - Иван Крапивный. Фотокопия из книги "Партизан немеркнущая слава", изданной Ялтинским историко-литературным музеем
Умер герой всего в 54 года – аукнулись болезни, пережитые в партизанском лесу. Похоронен в Алуште. Его именем назван лесной кордон на склоне Чатыр-Дага в урочище Суат.
Заслуга Крапивного также в том, что он в лесу тщательно и непрерывно вел свои дневники. Их в прошлом году опубликовал Ялтинский историко-литературный музей. В дневниках, помимо перечня боевых вылазок ялтинских партизан, список всех, погибших от голода – множество фамилий людей, которые умерли страшной смертью, но не сдались.
Из Приморья в Крым
Если Крапивный – коренной крымчанин, то Андрей Казанцев родился за много тысяч километров от полуострова. И, тем не менее, сделал все для освобождения Крыма. С лета 1942 по осень 1943 в Ялте действовала Южнобережная подпольная организация, руководил которой бывший майор Красной армии Андрей Казанцев.Казанцев родился во Владивостоке, а в 1931 году перебрался в Ялту, проехав от моря до моря всю страну. Война застала его в Кривом Роге, где кадровый военный готовил новобранцев. С ними же он и пошел в свой первый бой в тяжелейшие дни гитлеровского наступления на Западном фронте. От полка почти ничего не осталось. Вырываясь из окружения, майор получил ранение в ногу, попал в плен. Сумел бежать, скрыться от немцев. 20 дней заживлял ногу, а потом решил искать выход к своим. Нашел, оборонял Перекоп, отступал с красноармейцами к Бахчисараю и снова был ранен.
Андрей Казанцев с семьей. Довоенное фото. Копия газеты "Владивосток"
Казанцев пробрался в Ялту тайными тропками по горам. В оккупированном городе он работал штукатуром, печником, стекольщиком, и одновременно искал соратников по грядущей подпольной борьбе, тщательно присматриваясь к людям и фильтруя их. Однажды наткнулся на облаву и его увезли в гражданский концлагерь в Симферополь, где он пробыл четыре месяца. И снова смог вырваться и вернуться в город на берегу Черного моря. Он нашел нужных ему верных людей. Ячейка подпольщиков была создана.
Уникальная "Крымская правда"
Под руководством Казанцева подпольщики собрали радиоприемник, принимали сводки Совинформбюро и выпускали газету "Крымская правда". Лампы для приемника доставали с риском. Шрифт частично нашли в старой типографии, а частично его из дерева выстругал сам Казанцев. С риском для жизни по ночам в одном из заброшенных зданий недалеко от здания гестапо на Поликуровском холме печатали листки, которые были для ялтинцев как глоток воздуха, вселяли в них надежду, что жители Крыма не забыты советским правительством, что Москва держится, что Красная армия рано или поздно придет в Крым.Бумаги не было, и тут подпольщики проявили недюжинную смекалку: "Крымскую правду" напечатали на оборотах плакатов с изображением Гитлера…
Выпуск партизанской газеты "Крымская правда" от 2 ноября 1943 года. Фотокопия документа из книги "Партизан немеркнущая слава", изданной Ялтинским историко-литературным музеем
Газету передавали из рук в руки, однажды ее выпуск объявился в Симферополе, наделав немало шума среди фашистов.
У Казанцева было удивительное чутье: созданная им подпольная организация не испытала ни одного провала. Весной 1943 года кольцо врагов и предателей вокруг Казанцева и его соратников стало сужаться, тогда он уходит в лес к партизанам и уводит своих верных людей и их семьи – всего около 60 человек. И там, под сенью буков и грабов, издание "Крымской правды" продолжилось.
Красное знамя над Ялтой
Весной 1944 г. Казанцева назначили начальником штаба 7-й бригады Южного соединения партизанского движения Крыма. Командиром отряда стал старлей Иван Крапивный, а комиссаром – Михаил Сохань.Помимо выпуска газеты, партизаны продолжили диверсии: на ялтинской электроподстанции подпольщики спустили масло, трансформатор сгорел. На хладокомбинате вывели из строя холодильник — протухли тонны мяса для немецких частей и госпиталей. Под Ялтой сожгли лесопилку, поставлявшую стройматериалы для оборонительных сооружений. Однажды ялтинцы увидели над электростанцией высоко развевающееся на ветру красное знамя. Чуть ниже была закреплена табличка с надписью: "Мины". Саперы прибыли не сразу, а ялтинцы не могли налюбоваться на родное красное полотнище, которое закрепили партизаны.
Карта Крымского государственного заповедника, нарисованная И. Крапивным после войны. Из личного архива дочери партизана. Фотокопия документа из книги "Партизан немеркнущая слава", изданной Ялтинским историко-литературным музеем
А однажды народные мстители уничтожили начальника зондеркоманды гауптштурмфюрера СС Отто Шреве. Именно он руководил расстрелом 2000 местных жителей - евреев и коммунистов - у обрыва в Нижней Массандре.
После освобождения Крыма Казанцева направили восстанавливать работу Всесоюзного научно-исследовательского института виноделия. Но вскоре новое распоряжение: штрафбат. Очевидно, имел место банальный донос. Андрей Казанцев неоднократно обращался в органы, чтобы там разобрались. И справедливость восторжествовала: подпольщик вернулся в Крым и до конца своих дней жил в Ялте. В его честь названа одна из городских улиц.
Листовки писали от руки
Вместе в Казанцевым в группе работал Александр Гузенко. Фашисты упорно искали создателей листовок и газеты, но найти не могли, а издавали все это настоящее информационное богатство для ялтинцев всего три человека – Казанцев, Гузенко и его жена Татьяна Полякова.Гузенко, как и Казанцев, был бойцом Красной армии, до последнего участвовал в обороне Севастополя. Когда город пал, старлей Гузенко смог дойти до Ялты, откуда и был родом, где любой весточки от него ждали жена и трое детей.
Вернувшись в город, он устроился работать туда же, где и трудился до войны – в бывший санаторий РККА, которые в оккупацию фашисты переделали под госпиталь для солдат и офицеров вермахта. Именно Гузенко собрал тот радиоприемник, с помощью которого подпольная группа могла принимать сводки Совинформбюро и сообщать ялтинцам правдивые новости с фронтов. Квартира семьи Гузенко стала конспиративной.
Присяга партизана. Фотокопия документа из книги "Партизан немеркнущая слава", изданной Ялтинским историко-литературным музеем
Сначала сводки переписывали от руки, потом стали печатать. "Жители Крыма! Близок час освобождения! Не давайте проклятым захватчикам разрушать ваше хозяйство, сжигать постройки. Бейте фашистов!", - такие призывы могли по утрам видеть жители курортного города на листовках, развешанных на столбах. Публиковали в газете и материалы к советским праздникам, и фельетоны, и карикатуры.
У фашистов были в оккупированном Крыму и газеты, и радио, и журналы, и документальные киноленты, а противостояла этой информационной лжи только "Крымская правда".
Партизанские дети
Жена Гузенко Татьяна Полякова стала ему соратницей. Однажды в квартире Гузенко был обыск, пачка добытой у немцев бумаги для листовок хранилась в комоде. По бумаге фашисты могли вычислить, кто их печатает. Когда фашисты зашли в дом, Татьяна начала кормить малышку-дочку грудью, заслонив собой комод. Фашистский солдат стеснительно отвернулся, а отважная женщина с железными нервами достала из комода злополучную бумагу, прикрыв ее пеленкой, положила пачку себе на колени, сверху настелила пеленку и тетешкала малышку до того момента, когда закончился обыск.Когда предатели выдали подпольную группу, в лес Гузенко ушел, конечно же, вместе с Казанцевым и со всей семьей. В Ялтинском 10-м партизанском отряде Александр Гузенко стал начальником штаба. Татьяна же взяла на себя заботу обо всех детях отряда.
Дети в отряд не только пришли, но и рождались в нем. В Ялтинском литературно-историческом музее хранится уникальный документ.
"Сего числа — 27 января 1944 года — партизанку Полину Дмитриевну Гусеву зачислить в списки отряда № 10 и взять на все виды довольствия", - гласит он.
Это своеобразное свидетельство о рождении маленькой партизанки, появившейся в семье Дмитрия и Прасковьи Гусевых. Имя девочки было выбрано не случайно, это акроним: "Партизанские Отряды Леса Истребляют Немецких Агрессоров".
Для того, чтобы дойти из пунктов базирования отряда по северную сторону Крымских гор, партизанам приходилось преодолевать десятки километров сначала в одну, а затем, зачастую после боев и с ранеными на руках – в другую сторону – через лес, отроги, котловины и яйлу.
Когда отряд возглавили Иван Крапивный и Михаил Сохань, они сразу отметили честность и незаурядные организаторские способности Гузенко, назначили его начальником тыла отряда. Именно на Гузенко лежала задача обеспечения ялтинских партизан продуктами, боеприпасами, медикаментами и прочим необходимым не только для борьбы с врагом, но и для выживания в лесу. Но заниматься только административной работой Гузенко не мог, он рвался в бой и неоднократно участвовал в диверсиях.
После освобождения города спустившимся с гор партизанами и их семьям пришлось начинать новую жизнь – сжечь всю завшивленную одежду, женщинам даже расстаться с косами. А Гузенко, чуть приведя себя в порядок, пошел гнать врага до Берлина.
После войны Александр Гузенко стал жить в Щебетовке, куда его позвал его партизанский товарищ Михаил Македонский. Два товарища по партизанскому лесу похоронены на Щебетовском кладбище недалеко друг от друга.
Крымский майор Вихрь
Весной 1944 года вражеский гарнизон в Ялте насчитывал 5000 человек. В ночь на 9 апреля партизанская разведка доложила, что враг начинает отходить, так как советские войска перешли в решительное и долгожданное наступление. Началось освобождение Крыма.Фашисты окончательно понимали, что война с Советским Союзом проиграна. Задачи в Ялте перед народными мстителями и оккупантами стояли диаметрально противоположные. У последователей идей нацизма – нанести оставляемому ими городу максимальный урон, а у партизан – не только уничтожить как можно больше врагов, но и не дать Ялте превратиться в руины.
Командир 7-й бригады Южного соединения Леонид Вихман. Фото с портала "История России в фотографиях"
Фашисты, отступая, хотели лишить город морского порта, Ливадийского и Алупкинского дворцов, винзавода в Массандре и его знаменитых подвалов, множества санаториев, мостов, объектов инфраструктуры.
Партизаны при помощи некоторых оставшихся в городе подпольщиков узнали, что узел подрыва расположен в городской телефонной станции на улице Гоголевской. Гузенко смог перерезать кабель под постом на речку Учан-Су, город остался цел. После войны Гузенко его товарищи в шутку начали называть "наш майор Вихрь".
Отряды ялтинских партизан рассредоточились по поселкам большой Ялты. Они подрывали автомобили с гитлеровцами, обезоружили службу Ай-Тодорского маяка, рассеивали колонны отступающих войск внезапными налетами, разогнали факельщиков, спешивших на поджог Ливадийского дворца.
Не дать дворцам стать руинами
Ответственная задача по спасению города и поселков была поставлена перед 7-й бригадой Леонида Вихмана. Леонид родился в июне 1919-го года в белорусском Гомеле в еврейской семье, но школу заканчивал уже в Джанкое. После отучился в Каспийском высшем военно-морском училище. В морпехах защищал Севастополь. После падения города Леониду удалось прорваться в лес и вступить в ряды партизанского отряда под командованием Георгия Северского.Среди его достоинств называли умение придумать и осуществить для врага отвлекающий маневр. Он в самое тяжелое для партизан время был участником операций по добыче продуктов для "лесных жителей". Боевые подвиги Вихмана неоднократно упоминаются в мемуарах крымских партизан. Ко времени освобождения Ялты Леонид был уже очень опытным бойцом, превосходно знающим местность.
На рассвете 15 апреля 1944-го года партизаны под командованием Вихмана перешли в наступление на оставшиеся в Ялте подразделения нацистов. Именно Вихманом были спасены от подрывов знаменитые Массандровские подвалы, Белый дворец в Ливадии, Воронцовский – в Алупке.
Встреча катерников и партизан в освобожденной Ялте. Из фондов Российского госархива кинофотодокументов
За заслуги Леонид Вихман был награжден орденами Боевого Красного Знамени и другими орденами, его дважды представляли к званию Героя СССР, но он его так и не получил. Много лет спустя после войны Леонид Вихман стал почетным гражданином Ялты.
После демобилизации из рядов флота работал на Колыме, жил в Магадане, занимался обеспечением жителей полярных поселков продовольственными товарами, вел большую общественную и патриотическую работу, неоднократно приезжал в Крым, где встречался с партизанами-ветеранами. В конце жизни переехал в Москву.
Ялтинская Пасха
Рано утром 16 апреля ялтинцы услышали звон колоколов на действовавшем храме Александра Невского. Наступила Пасха Христова.Через несколько часов в Ялту почти одновременно вошли спустившиеся с гор партизаны и бойцы передового отряда Отдельной Приморской армии под командованием полковника Преображенского, совершившие накануне марш-бросок через Ай-Петри. Им пришлось не только в полном вооружении идти крутыми тропами, но и тащить на себе пулеметы и пушки, спуская их на веревках. Партизаны и части Советской армии обрушили огонь прямо на головы бежавшего в панике врага.
Сходу освободили села Ай-Василь, Ущельное, сломили сопротивление фашистов в районе холма Дарсан… И узнали, что в порту Ялты стоят баржи, а на молу угона в Германию ждет мирное население.
Партизаны идут по набережной освобожденной Ялты, апрель 1944 года. Фото из архивов Ялтинского историко-литературного музея
Ближе к обеденному времени по Алуштинскому шоссе в город пришли основные силы Советской Армии при поддержке танкового полка.
Вечером того же дня, 16 апреля 1944 года, Москва салютовала освобожденной Ялте двенадцатью артиллерийскими залпами из ста двадцати четырех орудий!
19 апреля 1944 года на городском кладбище Ялты с почестями похоронили павших при освобождении города военных и партизан, а над городом вот уже более 85 лет алеют на белых простых обелисках звезды, напоминая всем, кто сможет дойти до партизанской глуши, о павших от голода и боев ялтинских партизанах.
Мы рассказали всего о некоторых из них, всем четверым удалось дожить до освобождения живыми. Но за этими четырьмя фамилиями – тысячи других фамилий крымских партизан и подпольщиков, миллионы имен патриотов со всех уголков СССР, отдавших жизни за нашу Великую Победу и свободу Родины.
Прогулочный катер "Крымский партизан" у пристани в Ялте. С портала "История России в фотографии"
